В погоне за «белыми ночами»

Андрей Григорьев

Маршрут:
Карелия и Мурманская обл.: Кемь - Шомба - Кепа - Калевала - Тунгозеро - Софпорог - Кестеньга - Зашеек - гора Пяйнур - Кумская ГЭС - Зареченск - Кандалакша

Даты:
28 июля-3 августа 2005

Участники:
Андрей Чесноков, Москва, гибридный Author Airline '2004;
Андрей Григорьев, Санкт-Петербург, горный Scott Yecora '2003.

Поехать в северную часть Карелии я захотел четыре года назад, когда прочитал отчет Павла Диринга о поездке в тех краях. Но все как-то было не собраться. В 2002-м вместо этого съездил из Беломорска в Медвежьегорск. Потом идея вообще забылась, но тут на форуме появилось приглашение Андрея Чеснокова принять участие в велопоходе из двух частей: по Кольскому полуострову и по маршруту Диринга в Карелии. Отказаться от участия в карельской части не смог.

День первый, 100 км

Андрей решил организовать себе основательный отпуск и для начала провел около недели на Соловках. 28 июля с утра мы встретились с ним на вокзале в Кеми. Купили недостающих продуктов и, проехав от вокзала немного в сторону Петербурга, нырнули под железнодорожные пути. Спросили у местных, как выехать на Мурманское шоссе. Народ задумался. Я вспомнил, что везде, кроме окрестностей Петербурга шоссе М18 – E105 («Кола») называется Ленинградским. Вернулись на правильную дорогу и проехали около 18 не самых запоминающихся километров вдоль относительно небольшой реки Кемь, которая, будучи перегороженной плотиной, здесь широко разлилась.

Несколько километров на север по «Коле» и поворот налево. Асфальт крупнозернистый, но без выбоин. Рельеф относительно ровный – уклоны в пределах 4-5%, не длинные, не частые. Машин почти нет. Вскоре перекусили соловецкими булочками и кемским кефиром. Дальше до поселка Авнепорог с большим складом леса – тоже ничего примечательного. Около Кривого Порога издали посмотрели на очередную плотину – въезд перегорожен шлагбаумом.

Пока стояли, подъехал какой-то крендель на старом раздолбанном фургончике VW и стал сигналить. Я заглянул в кабину, и он начал настойчиво предлагать отведать джина по поводу случившейся за несколько дней до того годовщине смерти Высоцкого. Приличия ради, сделал глоток и, чуть-чуть потрепавшись, стал дальше изучать карту. Но чрезвычайно разговорчивый житель деревни Войница, расположенной примерно в 200 км от места разговора, уезжать и не думал. Видимо, количество принятого было еще не слишком велико, чтобы уже нельзя было прямо ехать по дороге, но достаточным, чтобы иметь повышенную общительность. В конце концов, он пригласил нас в гости, пообещав, что, если мы в Войнице не заедем к нему, он всенепременно нас убьет. ;-)

Где-то на полпути до Шомбы асфальт уступил место широкому грейдеру средней разбитости. В Шомбе мы планировали купить или набрать воды, но поселок оказался кучей развалин, среди которых имелось несколько покосившихся жилых домов. Воду берут прямо из реки, до которой около километра. Мы решили, что и так вполне дотянем до вечера.

Пока стояли, обнаружили, что на заднем колесе у Андрея образовалась приличная восьмерка, спицы натянуты слабовато, а колодки уже начали шаркать по покрышке. Колодки переставили пониже, чтобы исключить все прелести возни с протертой покрышкой, а правку колеса отложили до вечера. 28" колесо гибрида оказалось недостаточно прочным для «грузового» туризма – рюкзак у Андрея, как мне показалось, весил не меньше 25 кг. До похода велосипед прошел около 1500 км, и никаких проблем не было. Вероятнее всего, виноваты тянущиеся под большой нагрузкой спицы. Для туризма очень важны качественные колеса, особенно заднее!

Вскоре вновь появился асфальт, но не во всю дорогу, а полосой шириной метра четыре и давленный, как будто его просто накидали на грейдер, почти не укатывая. Может быть, для машины он и плох, но для велосипеда при 20-25 км/ч вполне приемлем. Так как время было уже не самое раннее, и начал накрапывать дождь, мы стали искать место для ночлега. Все ручьи, в изобилии пересекающие дорогу, как назло, были пересохшими, а кругом много болот. Остановились на холме в трехстах метрах от реки Белой, куда и бегали за водой с котелками и бутылками. Место совсем не впечатлило, но лучшего найдено не было. Поставили палатку, сготовили поесть и сходили на болото по ягоды.

День второй, 100 км

Ночью прошел дождь, но утро было относительно сухим и прохладным. В бодром темпе доехали до поселка лесозаготовителей Кепа. Пока я ходил в магазин за водой и булкой, Андрей узнал у местных, что поселок основан примерно 80 лет назад, что работы почти нет, все леса вокруг вырублены, а те немногие партии бревен, что возят сейчас финскими лесовозами, идут на комбинат в Сегежу. В магазине, между прочим, слышалась и карельская речь. За поселком пошли крутые холмы поросшие мелколесьем – делянки разных лет, думается, 20-30-летней давности. Интересная нескучная дорога. Очередной перекур на озере около Куусиниеми. Хотели искупаться, но пока сидели, замерзли на сильном ветру. Какой-то очередной поддатый «родственник братьев Шумахеров» выписывал на разбитой «копейке» по пляжу кренделя, пока не увяз в песке. Кое как вытолкали его.

К вечеру добрались до поселка (хоть и райцентр, а все равно поселок) Калевала, встретив по пути 2-3 туристических автобуса с финскими номерами. Кстати, муниципального транспорта между Калевалой и Кемью сейчас нет. Только 1-2 раза в день ходит Газель. Кроме Кеми и Кандалакши, Калевала – единственный населенный пункт, где работал GSM-оператор МегаФон. Других, кажется, нет вообще. На въезде – подобие памятника из камней, лодки и кантеле – единственная бросающаяся в глаза деталь, имеющая отношение к карело-финскому эпосу. Старое название Калевалы – Ухта. На домах еще висят таблички с названиями улиц на двух языках – на ж. д. в Карелии на многих станциях финские названия в последние годы заменены на транслитерацию русских названий – еще недавно было «Медвежья Гора – Karhumäki», а теперь – «Медвежья Гора – Medvegya Gora».

Старых зданий фактически нет. В основном – одноэтажные деревянные дома-бараки. В центре есть кирпичные здания в пару этажей и большое здание в местной части погранвойск. Ассортимент одежды на местном рынке угнетающий – сплошные военные куртки цвета хаки. Сказали, что где-то около церкви есть памятный камень, но ни того, ни другого не нашли. Только кирху – явный новодел. Кое-какие достопримечательности в Калевале, судя по отзывам в Интернет, все-таки есть, но нет карты поселка, чтобы найти их.

За поселком асфальт кончился и начался рыхлый грейдер, рельеф относительно ровный. Через километр после поворота на Мальвиайнен слева мелькнуло озерцо. Мы прошли сквозь лес подальше от дороги и устроились на густо поросшем мхом сосновом берегу этого удивительно прозрачного озера. Налетевшие было комары, после нашего купания потеряли к нам всякий интерес. Допоздна развлекались петрозаводской «Клюковкой», запеченной в фольге колбасой и ветчиной и разговорами обо всем подряд. Когда, наконец, стали опускаться сумерки, оказалось, что уже второй час ночи – в конце июля здесь примерно также, как в Петербурге в самый разгар белых ночей. Расположение – всего на градус восточнее. Я даже собрался поспать у костра, но около него было никак не найти удобного горизонтального места.

День третий, 92 км

Покрытие дороги стало почти ровным и плотно укатанным, но начались крутые спуски и подъемы, требующие использования всех передач байка, и постоянные повороты. Классная интересная дорога. На одном повороте, нам повстречался груженный доверху семиосный лесовоз, идущий на хорошей скорости. Удивительно, но количество дорожных знаков для неасфальтированной загородной дороги просто огромно – знаки стоят через каждые 100-200 метров.

Ближе к Тунгозеру дорога вновь стала изобиловать россыпями песка. Перед поселком старая дорога направо в сторону Лоухи оказалась перекопана, а указатель на Лоухи повернут налево – в противоположную сторону. Удивились и спросили, как проехать, в поселке. Оказывается несколько лет назад построили объездную дорогу, которая на 7 км длиннее. А на велосипедах лучше ехать по старой, где, правда, есть пара крутых подъемов.

На самом деле, дорога в целом идет вниз – спусков явно больше, чем подъемов. Но и те, и другие весьма крутые. На одном спуске, раскатившись до 52 км/ч, чуть не улетел, въехав в рыхлый песок, которого сверху не было видно. Дальше поехал аккуратнее. После выезда на дорогу Лоухи – Кестеньга – Софпорог – Пяозеро пришлось напрячься – на дороге очень много рыхлого песка. Рельеф умеренный. В Софпороге проехали мимо заколоченной будки со шлагбаумом и забора из колючей проволоки – КПП сняли всего три года назад. С горы на въезде в Софпорог вправо назад открывается обалденный вид на Топозеро.

Порядком устали и хотели заночевать на оз. Талья, но среди скал так и не нашли места для палатки. Пришлось доехать до оз. Шари и, объехав его с северной стороны, встать в сухом болоте.

День четвертый, 64 км

Проснулись очень поздно. Пока готовили завтрак, небо затянуло, и пошел дождь, поэтому пришлось минут 40 отсиживаться в палатке. В Кестеньгу приехали только в середине дня и купили продуктов побольше – следующий магазин гарантированно есть лишь в Зареченске, до которого по прикидкам нам нужно ехать около двух с половиной дней. Плюс возможные задержки на переправе в Зашейке и плотине Кумской ГЭС.

Дорога на север в сторону Зашейка оказалась приличным широким грейдером. Даже не смотря на то, что Зашеек – единственная деревня по этой дороге, расположенная в 70 км от Кестеньги, машин поначалу встречалось немало. Причем, каждая третья машина – без номеров. Как правило, среди них попадались «ведроверы» – без глушителя, с оторванным мостом, когда задние колеса идут на 20 сантиметров левее передних и т. д. Причем, чем хуже состояние машины, тем больше ее водитель считал себя великим гонщиком, гоня и прыгая по ямам и камням.

Добрались до тройной развилки в 42 км от Кестеньги. На развилке никаких указателей, кроме написанного от руки «Ярославль 1350 км», смотрящего в сторону Кестеньги, естественно нет. Все три дороги примерно равны. Самая правая из них нам явно ни к чему. Но в Кестеньге нам сказали, что от этой развилки до Зашейка еще 30 с лишним километров, в то время, как по карте по старому зимнику, вроде бы меньше 20. По словам Диринга, из Зашейка построили новую дорогу. Но спросить где она начинается было не у кого, и мы решили свернуть налево на запад, чтобы через 8 км попасть на этот зимник – возможно, что новая дорога строилась по нему. Хотя, и вероятность того, что она является продолженим прямой или левой дороги также ненулевая.

При подъезде по внешнему виду нужного поворота стало понятно, что эту дорогу явно почти не используют. На всякий случай, проехли вдоль речки Мал. Койгера чуть дальше развалин избы, пока не убедились, что дальше дорога абсолютно заросла. Решили заночевать неподалеку, а утром спросить дорогу у проезжих, коих не удалось встретить вечером.

День пятый, 52 км

Ночью прошел дождь, поэтому, когда мы выползли на дорогу от развилки к горе Такатундра и увидели, что за все утро проехала лишь одна машина, мы поняли, что нам придется проехать обратно 8 км к тройной развилке. Иначе можно прождать полдня. Доехав до нее, увидели, что и прямо тоже проехала лишь одна машина. Простояли всего пять минут и, о счастье, послышался звук мотора. Оказалось, что новая дорога на Зашеек все-таки является продолжением самой левой из трех дорог и до него действительно около 30 км. В третий раз проехали эти 8 км. Дорога вьется по горам. Наконец, слева замелькало Пяозеро. Последние 5-6 км перед Зашейком дорога идет по равнине.

В деревне есть магазин, работающий в местной начальной школе с 14 до 17 и еще «практикующая» тетенька. Работает метеостанция. Местные говорят, что дорогу построили всего несколько лет назад, а раньше продукты возили из Софпорога по воде, что раньше здесь был рыбный комбинат, что еще недавно население деревни была многочислено, но ее собрались расселять и закрыли школу – вся молодежь разъехалась – а расселением так и не занялись, что непьющих в деревне осталось лишь двое и что готовы нас перевезти в урочище Новый Зашеек за 150 рублей. Пока ждали Николая Николаевича, который собирался перевезти нас на моторке, посидели на лугу, попили пива, закусывая его отличным вяленым лещем, захваченным Андреем с Соловков. Из Нового Зашейка Николай Николаевич посоветовал нам заглянуть на гору с лопарским названием Пяйнур (Пяйнуоруунен).

Поднявшись в Новом Зашейке (одни развалины) от озера наверх, быстро нашли нужную развилку. Лесная дорога вдоль новой ЛЭП километров через девять вывела нас к турбазе, которая располагается в Боровском. Беседка над озером, несколько опрятных рубленых изб, вертолетная площадка, пара катеров на воде, освещение – в основном, отдыхают финны.

Кстати, от этой турбазы идет вторая дорога в Национальный природный парк Паанаярви. Мы даже подумали, не съездить ли нам туда, но не хотелось ехать 60 км туда и обратно по одной дороге. К тому же, для посещения парка нужно выписывать, точнее покупать, пропуска в визит-центре, который расположен в поселке Пяозеро. Т. е. из Тунгозера можно было бы проехать в Пяозеро, далее, в Паанаярви и выехать уже к Боровскому и горе Пяйнур, исключив переправу в Зашейке.

На всякий случай переспросили у работника, как нам проще попасть на гору. Нырнув под шлагбаум, повернули на правую дорожку и стали подыматься в пологий подъем, пока не достигли маленького озерца расположенного в полутора километрах восточнее вершины горы. Поставили палатку, поужинали и пошли к горе по маркированной красными ленточками еле приметной тропе. Макушки горы из леса не видно абсолютно.

Плавный подъем постепенно становился все круче. Маркировка куда-то исчезла – пошли по склону прямо вверх. В какой-то момент лес стал редеть. Еще немного, и мы уже карабкаемся по камням, цепляясь за кустарник. Жарко. Еще 50 метров вверх и мы по расщелине вылезаем на абсолютно лысую макушку Пяйнур высотой 486 м. От нашего озерца мы поднялись почти на 270 м за 1.5 км по горизонтали, потратив около часа. Наверху тур из камней, вбитая в гранит железная капсула с координатами и сильный пронизывающий ветер. В километре западнее – вторая верхушка горы Пяйнур, метров на 20-30 ниже. В юго-западном направлении видны две горы выше нашей. Это расположенные уже в Паанаярви горы Кивакка (Киваккатунтури – 499 м) и Нуоруунен (576 м – самая высокая в Карелии). На северо-западе среди гор и туч красное зарево – садится солнце. С его стороны снизу к нам ползет маленькое облачко. На севере почти ничего не видно – там идет сильный дождь. На юг на 50 с лишним километров уходит Пяозеро. Дальний берег виден в дымке.

Говорят, что были планы сделать на Пянур горнолыжный курорт, но кажется, пока что передумали. Было бы очень жалко, если бы склоны этой относительно дикой горы испохабили бы широченными просеками и подъемниками.

Ждем, пока солнце совсем исчезнет, и начинаем спускаться. В лесу становится довольно темно. Идем по компасу. Тропу не находим и, забирая левее, попадаем в болото. На дорогу выходим уже дальше палатки – приходится возвращаться. Андрей сразу вырубатся, а я еще долго рассматриваю карту.

День шестой, 82 км

Выехали через базу назад – почти до Нового Зашейка и на север. Через несколько километров – поворот на гору Луккулайсваара, куда также ходят с базы. Дорога местами хорошо укатана, местами много мелкого булыжника. Перед нами пробежала лиса, но достать фотоаппараты не успели.

Подъехали к плотине Кумской ГЭС. Ворота закрыты, на кнопку звонка на калитке никто не реагирует. Андрей перелез через край забора и нашел охранника. Проезд и проход через плотину Кумской ГЭС официально только по пропускам. Нас пропускают после «а где же в тайге взять пропуск?», сообщая, что нам навстречу из Зареченска движется группа из 10-15 велосипедистов, получивших там пропуска. К сожалению, они свернули в лес раньше, чем мы с ними могли встретиться. Видели лишь множество следов – жаль, не узнали, кто бы это могли быть. Вскоре после ГЭС пересекли северный полярный круг. От ГЭС идет неплохой грейдер, к Зареченску он становится явно хуже – там «ремонтировали» дорогу.

Купили продукты и перебрались через кривой и горбатый деревянный мост через реку Иова. Отъехав несколько километров от поселка, заночевали на берегу все той же Иовы в 10 метрах от дороги.

День седьмой, 143 км

Примерно 40 километров – по грейдеру. Перед пересечением с железнодорожной веткой на Алакуртти начинается асфальт. Еще несколько километров и мы выехали на шоссе, ведущее туда же. Каждая вторая машина – с черными номерами, в каждой второй с гражданскими – люди в комуфляже. Незначительные спуски перемежаются затяжными подъемами. Андрей выматывается и мы долго перекусываем. Договарились встретиться в 10 км от «Колы». Я поехал вперед, чтобы можно было послать SMS с запросом расписания поездов – дома я забыл его посмотреть. С 39-го километра, где мы перекусывали, все меняется – 19 километров почти непрерывного спуска пройдены минут за 35-40.

Пока я узнавал расписание, подъезхал Андрей. В поисках места для ночлега доезжаем до М18 – то нет места красивого, то воды – а потом и до Кандалакши. На одометре сотня с копейками. Андрей решает поехать на несколько дней к своим знакомым, что стоят палаточным лагерем в 30-40 км в сторону Умбы, а я покупаю билет на утренний пятичасовой поезд. Неторопливо перекусили во дворе вокзала, выпили клюквянки, отдохнули. Сидеть пять часов на вокзале скучно, поэтому еду провожать Андрея еще около 20 км по шоссе на Умбу. На выезде из города крутой подъем длинной километра три, если не больше. Передачи от 1-1 до 1-3.

На спуске пытаемся оценить катимость гибридного велосипеда в сравнении с горным. Сначала на чужих великах, потом на своих. Оба раза Андрей явно укатывается вперед. Видимо, у него лучше аэродинамика, чем у меня. ;-).

В половине второго ночи расстаемся. В Кандалакше относительно светло – обратно еду без фары. На крутом спуске к городу и морю раскатываюсь до 62 км/ч совершенно не крутя педали. До поезда остается пара часов.

Заключение

Не первый раз убеждаюсь, что лесных дорог в Карелии обычно больше, чем нарисовано на карте. Их качество также часто неплохое, даже у маленьких лесных.

В северной Карелии даже в начале августа еще можно смело ездить ночью.

С людьми всегда можно договориться (переход плотины). На велосипедистов особого внимания не обращают.

Участок Кемь – Калевала можно было бы подкинуться транспортом – ничего интересного.